91	Михаил НЕСТЕРОВ

    - Я возглавляю один из отделов военной контрразведки, - Владимир Николаевич то ли ушел от ответа на вопрос, то ли дал исчерпывающий ответ.
    - У меня свояк работал учителем физкультуры, но ничего не смыслил в геометрии. А школа одна.
    - Ближе к делу, - огрызнулся Эйдинов. - К юмору я равнодушен. Меня интересует подразделение, о котором я упомянул. Достаточно для намека?
    - Вполне. Так вот, эта рота ничего общего с элитой не имеет, поскольку элита у всех на виду. О ней пишут, ею восторгаются. Элите дают Героев. А вы имеете дело с секретным подразделением, состоящим только из офицеров. Это диверсионная группа, которой по плечу любая задача. Любая, понимаете? Даже моя "Ариадна" считалась элитной, потому что в свое время была рассекречена и получила имя собственное. Если бы не этот факт, просто так уволиться мне бы не дали. Дальше. Фамилии бойцов диверсионных отрядов засекречены, на заданиях они называют друг друга по номерам и кличкам; не уверен, знают ли их фамилии в строевом отделе штаба армии. Бригада для диверсионной группы - лишь прикрытие, штаб округа - тоже. Они не задают лишних вопросов и беспрекословно выполняют приказы.
    Эйдинов сделал несколько пометок на чистом листе бумаги. Полученная им накануне информация полностью соответствовала данным, которые сообщил ему Марк.
    - Вы хотите сказать, что выйти на офицера этого подразделения невозможно, так?
    - Там все офицеры, - напомнил Марк. - Досрочные звания им присваивают редко, даже очередные представления приходят с задержкой. Там можно увидеть сорокалетнего майора или капитана. Но сорок лет - это предел. Им идет год за два, двойной оклад, пайковые, высокие премиальные за каждый рейдовый день. Так что звания им в общем-то ни к чему.